Анатолий Беляков

От улыбки лопнул бегемот

Ради чего мы чистим зубы, ради чего жуем полезную резинку Orbit и минимум раз в полгода бесстрашно отправляемся на прием к дантисту? Вопрос далеко не праздный.
В самом деле, гораздо чаще, чем к понятию "здоровье", реклама зубных паст и стоматологических клиник апеллирует к теме улыбки.
"Мы поможем сохранить улыбку".
"Ослепительная улыбка на всю жизнь!"
Или вот, из первой же подвернувшейся под руку популярной книжки по стоматологии, с наугад открытой страницы: "Вы хотите улыбаться, вы можете улыбаться, вы должны улыбаться, так улыбайтесь же! Улыбайтесь всегда и везде!"
Выходит, не для того, чтобы лучше обрабатывать пищу, бережем мы свои зубы и не для того их лечим, чтобы устранить очаг инфекции в полости рта? Но для того лишь, чтобы красиво улыбаться? Причем, все время, при любых обстоятельствах, даже если не весело…
Выходит, так. Это раньше зубы начинали лечить лишь когда уже от боли впору лезть на стену. Сегодня профилактика и лечение зубов - прежде всего инвестиция. С хорошими зубами легче устроиться на работу, понравиться нужному человеку. Потому и денег на них обычно не жалеют.

Понравиться? Это так просто!

В прошлом году, выступая перед избирателями штата Нью-Йорк, г-жа Хиллари Клинтон предложила самый верный способ определить, говорите ли вы с бедняком или с состоятельным человеком. "Нет, это вовсе не бирка на одежде собеседника, - сказала она. - Все мы носим примерно одно и то же. Надо посмотреть на его зубы".
В XIX веке американцы проверяли качество зубов, попросту заглядывая в рот покупаемого негра. Способ более незаметный и политкорректный нашелся лишь к началу следующего столетия, когда свойственная прежде лишь комикам и публичным политикам манера улыбаться "во все тридцать два" превратилась в массовую потребность.
В число хорошо покупаемых товаров улыбка вошла во многом благодаря стараниям знаменитого Дейла Карнеги. Его книга "Как завоевывать друзей и оказывать влияние на людей", вышедшая в 1936 году, продолжала традиции протестантских "учебников жизни" Сэмюэла Смайлза, Бенджамина Франклина и Ральфа Уолдо Эмерсона. Но с тем принципиальным отличием, что главной целью Карнеги было не воспитание духа и даже не развитие характера, а обучение психологическим "приемчикам", позволяющим казаться лучше, чем ты есть.
В то время спрос на умение нравиться был особенно велик. Великая Депрессия привела к подъему активности в малом бизнесе. Лишившись работы, американцы пробовали силы в предпринимательстве.
По его собственным словам, Карнеги "учил коммивояжеров заходить к несговорчивому клиенту, не обходя его дом трижды, чтобы набраться смелости". Важнейшим инструментом достижения успеха Карнеги полагал улыбку.
Вот как он о ней писал:

Ну, насчет "нельзя купить" Карнеги, допустим, ошибался. Улыбки "покупали" и в то время, благо, уровень развития стоматологии позволял зубы и вылечить, и выровнять, и нарастить, и отбелить. Не хватало лишь мотива - зачем. Дейл Карнеги его дал, и с тех пор широкая полнозубая улыбка стала нормой поведения. Как "спасибо" и "как дела?" Формализм американского "keep smiling" предполагает, что улыбка эта, как правило, бессодержательна и безадресна. От такой не станет в хмурый день светлей.
Зато бодрости прибавится ощутимо. Поразительный факт: улыбка, по определению являющаяся следствием некоторой эмоции, способна сама эту эмоцию воспроизводить. Этот феномен был описан еще отцом философии прагматизма Уильямом Джеймсом: когда человек улыбается, даже принудительно растягивая губы, у него повышается настроение.
Культурологи считают американскую улыбку способом осуществления власти при демократическом укладе. Если человека нельзя заставить слушаться, надо ему понравиться, то есть показать зубы.
А зубы эти, по словам авторов книги "Американа" Петра Вайля и Александра Гениса, достойны поэмы.
"Во-первых, их много. Во-вторых, они белы и блестящи, в-третьих, всегда на виду - ими улыбаются.
Завистливые страны тратят деньги на глупых и дорогостоящих шпионов, чтобы разгадать секрет американских успехов.
А весь секрет нельзя не заметить - он в улыбке. До тех пор, пока вы не увидите янки с закрытым ртом, Соединенные Штаты будут и дальше процветать, как и не снилось угрюмым соседям".

Улыбки разных широт

Очевидно, что дело не только в улыбке, но и в определенной манере улыбаться. Разные народы улыбаются по-разному - американцы, японцы, французы, русские. На Руси, к примеру, улыбка в стиле Рейгана никогда не одобрялась. Даже названия для такого рода улыбок окрашены явно негативно: ощериться, оскалиться, осклабиться.
В свою очередь американцы находят русские улыбки излишне сдержанными, объясняя это нашей дремучестью и подозрительностью.
И все мы, дети XX века, склонны считать загадочной улыбку Джоконды. Скорее всего, нам просто непривычно, что "женщина с обложки", улыбаясь, не демонстрирует квалификацию своего дантиста.
Улыбка - явление социально обусловленное. Как, впрочем, и всякая другая техника тела. Каждый народ имеет свои метафизические привычки, свои особенности в том, что касается воспитания, престижа, обычаев, мод. Социолога Марселя Мосса некогда потряс тот факт, что англичане не могут маршировать под французские марши (как, впрочем, и наоборот) - у них другая частота и длина шага, поэтому им требуется иной ритм.
Есть народы, которые не умеют сидеть на корточках. Есть народы, не умеющие, извините, сморкаться (описывая такой народ, упомянутый Мосс отмечал, что по этой причине в нем очень высока детская смертность). В древней Индии рожали стоя (так был рожден даже Будда).
Вот и манера улыбаться - она связана со специфическими для каждого народа способами владеть лицевыми мускулами. Тело - первый и наиболее естественный инструмент человека, и именно на уровне тела закреплены фундаментальные особенности культур.
Впрочем, в XX веке эти особенности становятся все менее очевидными. Прежде выдававшиеся национальные черты сглаживаются по мере формирования общечеловеческих потребностей. Так, жевание чуингама уже очень давно перестало служить опознавательным знаком американца. Жевачку Orbit и Wrigley's Spearmint любят во всех странах мира, ее с удовольствием покупают представители самых разных рас и вероисповеданий. И в этом плане жевательная резинка является символом сближения культур.
С другой стороны, развитие кинематографа и телевидения позволило транслировать на весь мир те или иные техники тела. Отныне шнуровать ботинки, поправлять прическу и даже засовывать в рот жевательную резинку народы учатся у популярных актеров и телеведущих. Памятны случаи, как в моду на долгие годы входили походка Юла Бриннера (после выхода в 1960 году "Великолепной семерки"), прищур Клинта Иствуда ("За пригоршню долларов", 1964 г.) и специфический жест, которым проводил по губам персонаж Жана-Поля Бельмондо ("На последнем дыхании", 1959 г.).
Человеку свойственно подражать действиям, оказавшимся успешными. Вот почему, улыбаясь, мы невольно подражаем любимым актерам. Ведь жизнь, проживаемая на экране кинозвездами (а кто, по мнению кинозрителя, может быть успешнее кинозвезд?) сопровождается улыбками. Добрыми, довольными, сладострастными, торжествующими, задумчивыми, с хитринкой, но обязательно - ослепительными.

В соавторстве с природой

А ослепительность улыбке могут придать лишь белые-белые зубы. Любопытно, что во многих культурах белизна зубов отнюдь не считались эталоном красоты. Равно как и их правильная форма. Это к вопросу о национальных особенностях.
"Мы, белые, всегда от души радуемся, если наши зубы целы и расположены плотными рядами, - писал в начале XX века этнограф К. Вейлэ. - Тогда как первобытные народы варварски стараются их разрушить и изменить их естественное состояние. В некоторых случаях боковые части определенных резцов обиваются до тех пор долотом или молотком, пока они не примут форму резцов хищника. В другом случае их выбивают совершенно, подпиливают весь ряд или только некоторые из них, затем в них делают выемки по определенному шаблону или, наконец, откалывают поперек половину зуба".
У каждого из первобытных народов была своя причина заниматься резьбой по собственным зубам. Даяки (Индонезия) руководствовались потребностями эстетическими, считая, что приличную девушку естественная форма зубов красить не может. Австралийские аборигены (например, из племени мурринг, Новый Южный Уэльс) исходили из соображений общественной безопасности. Зубы, выбитые юношам во время обряда инициации, хранились у вождя, полагавшего, что, владея зубами, он может осуществлять тайную власть над их бывшими владельцами. Таким образом, получив права и привилегии взрослого мужчины, юноши возлагали на себя и груз "гражданской ответственности".
Старейшины рода юин из Юго-Восточной Австралии выбивали молодым туземцам верхние резцы, чтобы те искуснее плевали. А представители племени нуэр подходили к проблеме философически, выламывая нижние резцы у шестилетних детей, чтобы показать различие между человеком и животным.
Впрочем, во всех перечисленных случаях деформирование зубов выполняло также и коммуникационные функции. Как иначе отличить своих от не-своих, если не по степени искалеченности зубов?
А в средневековой Японии по цвету зубов определяли, замужем ли девушка. Если черные, то - да. Но это не потому, что, выходя замуж, девушка переставала ухаживать за зубами. Чернение зубов было формой, в которой жена клялась в вечной преданности супругу. Дескать, как черный цвет всегда остается черным, так и отношения между мужем и женой должны быть неизменными.
Можно лишь предполагать, в каких словах воспевали красоту своих жен суровые самураи.

О, Мурасаки!
Чернее летней ночи
Уголь твоих зубов!

В отличие от японских красавиц, европейки издавна стремились обладать ослепительно белыми зубами. Считается, что методикой отбеливания зубов владели еще античные эскулапы. Однако массовым явлением облагораживание цвета эмали стало лишь в XIX веке. Именно тогда в привычный рацион горожан прочно вошли кофий и табак, отнюдь не способствующие белизне зубов.
Процедуру отбеливания стоматологи тех лет проводили, как правило, с помощью кислоты, а потому она редко проходила без побочных эффектов. Однако технологии год от года развивались - благодаря растущему спросу, а также интересу ученых к новой тогда еще проблеме.
В середине XIX века солидные стоматологические журналы публиковали ежегодно до шестидесяти статей, посвященных отбеливанию.
По-настоящему ажиотажным спрос на белизну зубов стал через сто лет, в Америке 1950-х. И, как утверждают, во многом благодаря Дейлу Карнеги, возведшему улыбку в ранг национального культа. Стоматологи, открывшие в те годы свою практику, давно побили все мыслимые рекорды в своей области. Но всех превзошел доктор Рональд Голдштейн, отбеливший более ста тысяч американских зубов и увековеченный за это в Книге рекордов Гиннеса. Кстати, его знаменитый бестселлер о проблеме отбеливания, переведенный на многие языки мира, назывался не иначе как "Измените свою улыбку".

Орбит-Экспресс, № 6, 2001 г.